Восторг и трепет бытия. О рассказах Юрия Казакова

Лейдерман Наум Лазаревич
  • 6

Аннотация

1 Солженицын в своих мемуарах высказался о нём так: «И какой же сильный и добротный был бы Юрий Казаков, если бы не прятался от главной правды» [1] . Но в понятие главной правды Солженицын, художник острого публицистического пафоса, и Казаков, писатель совсем иного творческого темперамента, вкладывали разные смыслы. Например, в одном из зрелых рассказов Казакова «Адам и Ева» талантливый художник Агеев возмущается: «Критики кричат о современности, а современность понимают гнусно» [2] . Казаков совершенно определённо не принимал «гнусное» понимание современности, как сказал его герой; или — если сказать помягче — упрощённое, плоское, сводящее все проблемы к злобе дня. Конечно же, сам Казаков, как любой серьёзный писатель, искал свою главную правду. В одном из последних интервью он заявлял: «Хороший писатель — это прежде всего писатель, думающий над вопросами важными» [3] . А в круг «вопросов важных» Казаков включал именно те, что ставила отечественная классика, о приверженности которой он заявлял неоднократно [4] . Ещё в 1967 году он писал: «Русская ли...

Отзывы

Восторг и трепет бытия. О рассказах Юрия Казакова

Популярные книги